Слово Высокопреосвященнейшего Александра, Архиепископа Даугавпилсского и Резекненского, в неделю 29-ю по Пятидесятнице, произнесённое 28 декабря 2025 года в Борисоглебском кафедральном соборе г. Даугавпилса
(Лк., 76 зач., XIV, 16-24)
Возлюбленные о Господе братья и сестры!
Иногда думается: живём мы так, словно в руках наших — множество приглашений, и к каждому из них приучилась душа прилеплять одно единое слово: «потом». Не дерзкое «не хочу» — но вежливое «после» или вовсе «нет».
И вот ныне Господь предлагает нам притчу, которая несказанно близка сердцу именно этими, кажется, незначительными, но пагубными словами.
Спаситель, повествуя притчу сию, говорит: «один человек сделал большой ужин и звал многих» (Лк. 14:16). Это образ Царства Божия; но вместе с тем — образ любви Божией: Бог приглашает нас не к скудному угощению, а на великую трапезу, к полноте жизни, к радости общения, к единению, не ведающему конца. И когда приходит час, звучит дивное слово: «идите, ибо уже все готово» (Лк. 14:17). Заметим: уже готово. В этом — благовестие благодати: спасение приготовлено Самим Христом, Его Крестом и Воскресением; «все войдите в радость Господа нашего… Трапеза обильна, – насыщайтесь все; все наслаждайтесь пиршеством веры; все пользуйтесь богатством благости» (Огласительное слово свт. Иоанна Златоуста на Святую Пасху).
Но далее происходит то, что больнее всего: «И начали все, как бы сговорившись, извиняться» (Лк. 14:18). Как бы сговорившись… не в явном нечестии, но в обыденной рассеянности. Один говорит: «я купил землю… прошу тебя, извини меня» (Лк. 14:18). Другой: «я купил пять пар волов… прошу тебя, извини меня» (Лк. 14:19). Третий: «я женился и потому не могу прийти» (Лк. 14:20). И здесь важно уразуметь: сами по себе эти причины не суть грехи. Земля — хозяйственное устроение; волы — труд и промышление; супружество — любовь и ответственность. Притча обличает не то, что человек избрал «худое» вместо «доброго», но то, что он сделал земное — наиважнейшим, а Божие — второстепенным. Он сказал Богу не грубое «нет», но учтивое «извини», и тем самым — всё равно отвернулся.
Мы нередко утешаем себя: «Я ведь не против Бога… просто дел много». И в этом — тонкая уловляющая сеть врага: занятость делается не обстоятельством, а идолом. Тогда молитва отлагается «до времени», исповедь — «на потом», чтение Евангелия — «с будущей недели», примирение — «когда улягутся заботы», милость — «когда сам обогащусь». И так, почти не заметив, человек проживает годы в устройстве этого «потом», а сердце его тем временем остывает, и радость веры обращается в далёкое воспоминание.
Посмотрите, возлюбленные: радушный хозяин не отменяет ужин и не говорит: «раз не пришли — стало быть, и не надобно». Он желает, чтобы дом наполнился. И посылает раба: «пойди скорее по улицам и переулкам города и приведи сюда нищих, увечных, хромых и слепых» (Лк. 14:21). То есть зов Божий обращён к тем, кому чаще всего нет возможности казаться «благополучными» и «совершенными»: к уязвлённым хворями, стеснённым бытием, претерпевшим скорбь, переломленным житейскими бурями. И это снова — благодать: в Царство входят не «потому что всё успели и всё устроили», но потому что приняли приглашение и не отвергли его милости.
И ещё одна строка, как луч света для унывающих: «и еще есть место» (Лк. 14:22). В дому Божием есть место. Это слово утешительно для того, кто отчаялся, кто считает себя «не тем», «недостойным», «слишком запутавшимся», «слишком виновным». У Бога нет тесноты любви: есть место — только нужно иметь желание дабы встать и пойти.
Апостол Павел в одном из своих посланий, говорит как человек, который не отложил Божий зов на «потом»: «Возвещаю вам, братия, что Евангелие, которое я благовествовал, не есть человеческое, ибо и я принял его и научился не от человека, но через откровение Иисуса Христа» (Гал. 1:11–12). И далее — ещё яснее: «Когда же Бог, избравший меня от утробы матери моей и призвавший благодатью Своею, благоволил открыть во мне Сына Своего… — я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью» (Гал. 1:15–16). Вот противоположность тем «извини». Павел не стал «советоваться с плотью и кровью», то есть не стал строить оправданий, не стал сговариваться с родными или друзьями, не стал мерить призыв Божий удобством и выгодой; он ответил — и жизнь его стала иною.
Но как разуметь слово Господне: «пойди по дорогам и изгородям и убеди придти» (Лк. 14:23)? Неужели Бог принуждает? Здесь помогает нам святоотеческое разумение. Свт. Иоанн Златоуст говорит: «Бог же не принуждал их насильно, но советовал, убеждал, угрожал, не помрачая рассудка» (свт. Иоанн Златоуст, Беседы на 1-е послание к Коринфянам, беседа 29, §2). Господь не попирает человеческой свободы — Он стучит, зовёт, вразумляет, будит совесть, посылает людей и обстоятельства; иной раз попускает и скорбь, дабы мы воспрянули. Это не насилие, но милость: как врач, который не скрывает истины о болезни, чтобы принести исцеление.
И потому ныне Христос не просто повествует притчу — Он предлагает каждому из нас два вопроса. Первый: какую учтивую отговорку приготовил я Богу? Что стало для меня важнее Его трапезы? И второй: что будет, если я так и проживу в этом «потом»? Ведь притча оканчивается словом строгим: «Ибо сказываю вам, что никто из тех званых не вкусит моего ужина, ибо много званых, но мало избранных» (Лк. 14:24).
Дорогие мои! Бог зовёт нас не к одному лишь внешнему благочестию, но к встрече и общению. И эта встреча начинается уже здесь: в покаянии, в нашей общей молитве, в нашей общей трапезе Любви за Божественной Литургией, в Причащении Святых Христовых Таин, в делах милосердия, в примирении, которое мы откладывали годами. Ответим же Богу не одним «извини», но простым и спасительным «да, Господи!». И тогда для нас окажется несомненной истиной Его слово: «идите, ибо уже всё готово» (Лк. 14:17). Аминь.